Однажды Уии и Доолу пришлось работать в разных концах леса. Уии выполнил норму раньше положенного срока и пошёл домой. Доол вернулся поздней обычного. Вид у него был встревоженный. Жвала нервно содрогались. Коричневые шары глаз покрылись небольшими каплями сероватой жидкости. Щупальца рассеяно закручивались и выпрямлялись. Доол явно был чем-то расстроен или поражён до глубины всех сердец.

– Что случилось, Доол, чем ты встревожен? – заботливо интересовался друг.

– Ничего не случилось… – панцирь Доола быстрей обычного сжимался и разжимался, он был готов вновь заплакать…

– Перестань, успокойся… Я вижу, что тебя что-то терзает. Поделись со мной – тебе станет легче… – утешал Уии, хлопая щупальцами по панцирю друга.

Некоторое время Доол молчал. Утешения Уии помогли ему взять себя в щупальца. Окончательно успокоившись, он поделился переживаниями с другом:

– Уии, это случилось сегодня, во время последнего перерыва на восстановление. Я восстанавливался, облокотившись на ствол широкого дерева каони. Как ты знаешь, ствол этого дерева имеет белёсый цвет, сходный с нашей кожей. Видимо из-за этого меня и не заметили двое наших коллег – Слиив и Глелав. Ты ведь помнишь их?

– Как же мне их не помнить? Они всегда вместе. Мне их преданная дружба напоминает нашу…

– Так вот, они не заметили, что я рядом и мне удалось стать свидетелем их неприятного разговора. Вначале разговор ничем особенным не отличался – они шутили, поносили начальство. Но потом… Глелав вспомнил про нас с тобой. Он называл нас парочкой недоделанных калек, – Доол явно переживал, рассказывая эту историю (его высокий голос дрожал, а жвала судорожно тряслись), – а Слиив в ответ сообщил, что ему неприятно каждый день видеть наши инвалидные спины. А потом они долго смеялись, называя нас "парочкой крыльев" – видимо это прозвище, которым они за глаза нас обрекли…